Война на Донбассе. Прогноз на 2018 год

27 декабря 2017 года произошло долгожданное событие – обмен заложниками на Донбассе. Значение обмена трудно переоценить, ведь он состоялся впервые за последние 16 месяцев. Предварительные договоренности были достигнуты еще в начале ноября, когда в СМИ появилась информация об активном привлечении к процессу кума Путина Виктора Медведчука. А через несколько дней якобы произошел телефонный разговор президента России с лидерами «ДНР» и «ЛНР» (Александром Захарченко и тогда еще Игорем Плотницким).

Формат обмена был темой для дебатов Трехсторонней контактной группы в Минске еще более полутора месяцев, но согласованная финальная схема предусматривала обмен 74 украинских пленников на 306 задержанных в Украине лиц интересующих режим на временно оккупированных территориях.

Именно тех, кого интересовали, а не боевых побратимов и жертв политических репрессий, как в случае с украинским списком на обмен. Ведь многие из тех, кто был согласован для обмена, не захотели возвращаться в «ДНР/ЛНР», выбрав украинскую тюрьму сепаратистской “свободе”.

Хоть, и данные различных источников отличаются (Ирина Геращенко, Виктор Медведчук, «Громадьске»), но в целом выходит, что в направлении Луганска и Донецка было отправлено около 235 человек. Но, самое главное, Украина забрала всех 74 согласованных заложников – никто не захотел остаться у оккупантов.

Однако забрали не всех – по данным СБУ в подвалах пророссийских боевиков на оккупированных территориях находятся еще 107 украинских заложников. И работа по их освобождению только начинается.

Урегулирование на Донбассе: Москва не сдает позиции

Лед тронулся, и некоторые в доброй воле российского агрессора уже видят мирное урегулирование, которое ожидает многострадальный регион в 2018 г. Автор этих строк не относится к числу оптимистов в этом вопросе. К обмену стоит относиться исключительно как к обыденному факту войны.

Данный тезис подтверждает сорванное «новогодне-рождественское» перемирие, которое сегодня нарушают именно пророссийские боевики регулярными минометными обстрелами (количество которых, правда, уменьшилась).

Российская агрессивная риторика относительно Украины, особенно после решения США о продаже Киеву летального оружия оборонительного характера, только обострилась. Сдерживающим фактором для Москвы сейчас являются президентские выборы в марте и Чемпионат мира по футболу, который состоится в России в июне-июле следующего года. В настоящее время Кремль взял паузу и будет выдавать себя за ответственного международного игрока. Но только выдавать, ведь реваншистские цели российской политики никто не отменял.

Миротворцы в Донбассе могут так и не появиться

Медленно умирает идея привлечения на Донбасс миротворцев ООН. На прошлой неделе заместитель министра иностранных дел РФ Григорий Карасин очень однозначно высказался по указанной теме: Россия не допустит работы миротворцев ООН на всей территории Донбасса, включая свою границу.

На вопрос, можно ли ожидать, что «голубые каски» появятся на востоке Украины в 2018 году, он ответил: «Надеюсь, что в следующем году нам удастся сделать шаги в этом направлении, но это движение не должно происходить за счет политических интересов Донецкая и Луганска».

«Из предложенной нами резолюции видно, что главной задачей миротворцев должно стать обеспечение безопасности специальной мониторинговой миссии ОБСЕ. Мы видим искусственные попытки изменить эту концепцию в сторону внедрения какой-то внешней администрации на юго-востоке с перекрытием границы между Донбассом и Россией», – отметил Карасин.

Игра вокруг псевдосепаратистских образований успешно продолжается, в том числе на международной арене. Не зря в Хельсинки, где в сентябре 2017 был открыт Европейский Центр противодействия гибридным угрозам, в декабре демонстративно открыли очередное «представительство ДНР». Это прямой сигнал Москвы Европе относительно направления своей политической направленности.

Более того, Россия готова перейти от выжидательной позиции к наступлению руками агрессивных марионеток в Донецке и Луганске. Вероятно, именно из этих соображений для Кремля (а не через внутренние экономически факторы) произошла смена власти в Луганске.

Москва готова говорить с Киевом о границе исключительно после выполнения модальностей Минских договоренностей – имплементации закона о специальном статусе ОРДЛО (имеется в виду совсем другой по сути закон, а не тот, что сегодня представлен Президентом в Верховной Раде), закона о выборах, закона об амнистии. Последняя имеет исключительное значение.

Как можно заметить, ни одного упоминания о международной администрации в российском видении мирного урегулирования не существует, что объяснимо: Россия сегодня имеет 100% влияние на ОРДЛО – зачем ей уменьшать его по собственной воле?

Международная временная администрация для Донбасса: пример Саара

Между тем, экспертные круги в Украине сегодня рассматривают вероятность реализации формата международной временной администрации в Донбассе под руководством ООН. Этот сценарий шире простого ввода военных миротворцев и предусматривает поэтапное урегулирование – на уровне обеспечения безопасности и разоружения, урегулирования экономических вопросов и модели гражданского управления территориями, а также окончательного политического разрешения.

Предлагаемая модель международного привлечения к управлению спорными территориями была использована дважды в истории. Первый кейс не является показательным для Украины – это послевоенный режим управления Берлином в 1945 г. с разделением города на контролируемые союзниками зоны влияния.

Второй случай более характерен: в 1920-1935 гг. Саар считался частью Германии, но был оккупирован администрацией союзников, затем, по плебисциту, вернулся как «Западная пограничная марка». Именно модель управления Сааром по мандату Лиги Наций может быть использована для мирного урегулирования на Донбассе.

По Версальскому договору 1919 г. индустриализированный Саар (еще одна параллель с Донбассом) должен был управляться Великобританией и Францией под мандатом Лиги Наций на протяжении 15 лет. Каменноугольные бассейны перешли в пользование Франции.

В течение этого времени Саар управлялся Комиссией из 5 представителей стран-победителей. По условиям мандата в комиссию входили минимум один француз и один саарский немец. В конце периода международной администрации, плебисцит определил будущий статус Саара.

Модифицированный вариант Саарского урегулирования для Донбасса – это распределение ответственности за мир в регионе между основными стейкхолдерами. Также это возможность для России (если она на самом деле этого хочет) выйти из игры с высоко поднятой головой.

Диспозиция на 2018 год

Однако для Москвы сегодня основным является другой исторический прецедент – культурно-экономическая автономия Южного Тироля 1971 г. в составе Италии. Эта модель лучше укладывается в миф о защите русскоязычного населения. И более соотносится с экономически прагматичной мотивацией жителей Донбасса, исторического враждебного к иностранцам, особенно когда последние не обещают им золотые горы.

К сожалению,  в 2018 г. завершения конфликта на Донбассе ожидать не стоит. Он и в дальнейшем будет использоваться Москвой в качестве ситуативного спойлера в отношениях с Украиной и Западом.

«Закрытый» Россией вопрос Крыма вряд ли будет хотя бы немного приоткрыт с помощью новой, уже третьей, резолюции Генеральной Ассамблеи ООН о правах человека на полуострове.

Зато приближение электорального цикла в Украине создает условия для внутриполитических манипуляций, пик которых придется на осень 2018 Поэтому не стоит тешить себя напрасными иллюзиями и новогодними обещаниями мира. Нам его еще предстоит завоевать.